Журналисты New York Times Бэн Протесс, Эндрю Креймер и Майк МкИнтайр провели собственное расследование этой и других связей российского банка с американскими политическими и финансовыми кругами. Begemot подготовил для вас адаптированный перевод.

У банка есть офисы в этом гладком небоскребе Манхэттэна. Его облигации доступны для миллионов американских инвесторов. И у него есть связи с наиболее крупными банками Нью-Йорка.

сила

У Внешэкономбанка (ВЭБ) есть офисы на Третьей Авеню в Нью-Йорке. Санкции ограничили деятельность банка в США/New York Times

Несмотря на присутствие на Уолл Стрит, Внешэкэномбанк (ВЭБ) – необычный банк. Он полностью принадлежит российскому государству. Он связан с российскими спецслужбами. И российский премьер-министр по закону является главой наблюдательного совета банка.

Сейчас ВЭБ – в центре международного скандала, который грозит президентству Дональда Трампа, так как глава банка, выдающийся выпускник школы по подготовке шпионов (университет ФСБ – прим. перев.), встречался с Джаред Кушнером, зятем Трампа, уже после президентских выборов. Та встреча представляет огромный интерес для федерального контрразведывательного расследования возможного сговора между окружением Трампа и российским правительством.

Три года назад в ответ на военное вторжение Москвы в Украину, администрация Обамы ввела санкции против ВЭБ, которые эффективно блокировали возможности банка заключать новые сделки в Штатах. С того времени, как известно из интервью с американскми банкирами и бывшими правительственными должностными лицами, ВЭБ нарочито соблюдал приличия на Уолл Стрит в надежде, что санкции снимут.

Победа Трампа на выборах могла приблизить снятие санкций. Поэтому глава банка Сергей Николаевич Горьков поехал в декабре 2016-го в Нью-Йорк с, как он сам это описывал, промо-туром возглавляемого учреждения, которое в большой мере зависело от возможного потепления дипломатических и деловых отношений между США и Россией.

Во время этой поездки, как стало известно New York Times, Горьков встречался с банкирами JPMorgan Chase, Citigroup и еще одного неопределенного американского финансового учреждения. Банкиры Goldman Sachs также попытались организовать встречу, но в конечном счете не смогли состыковать графики. Факт этих встреч, которые не запрещены санкциями, подтвердили трое людей, которые осведомлены о предмете разговоров, но не могут разглашать подробности.

Ни один из этих банков не был новым партнером для ВЭБ. У Citi и JPMorgan были долгие и крепкие отношения с российским учреждением: они занимались клиринговыми операциями ВЭБ в США, и эта деятельность не ограничивалась санкциями. А до санкций Goldman и другие помогали российскому банку выпускать облигации, деятельность, которую санкции заблокировали, и которую ВЭБ хочет возобновить.

По истечению нескольких болезненных годов, западные займы стали насущным приоритетом для Москвы. По данным банковских аналитиков, на протяжении последних трех лет российскому министерству финансов пришлось потратить 10 миллиардов долларов на поддержку банка.

Во время той же поездки Горьков встретился и с Джаредом Кушнером. По данным нынешних и бывших американских должностных лиц, встреча, природа которая до сих пор остается спорной, могла стать следствием разговора Кушнера с российским послом Сергеем Кисляком об установке канала связи с представителями российской власти.

ФБР и следователи Конгресса сейчас выясняют, не встречался ли Кушнер с Горьковым для установки прямой связи с Владимиром Путиным или по другим причинам, о которых Белый Дом не упоминал.

Белый Дом и ВЭБ выступили с противоречивыми заявлениями о причинах встречи с Горьковым.

Белый Дом заявил, что посол Кисляк запросил эту встречу и что “мистер Кушнер действовал в рамках его полномочий как должностного лица транзитного периода”. Но ВЭБ заявил, что Горьков встречался с Кушнером, который на тот момент продолжал управлять семейным агентством недвижимости, обсудить бизнес. В заявлении говорится, что менеджмент ВЭБ встречался с “несколькими представителями наиболее крупных банков и бизнес-кругов США”.Это заявление подтверждается одной из предыдущих публикаций New York Times. ВЭБ не раскрыл подробностей разговора с Кушнером, что является одним из ключевых интересов следователей.

Times уже писали о том, что Кушнер искал инвесторов за океаном для офисного центра его компании на Пятой авеню, который стал финансово проблемным. Даже не смотря на то, что такой заем не типичный для ВЭБ, вполне возможно, что Горьков передал эту информацию другим российским банкам. Тем не менее, неизвестно, поднимался ли этот вопрос во время встречи.

Обсуждение санкций было весьма актуальным в декабре 2016-го. Это было важной составляющей стратегии поездки Горькова в Нью-Йорк и критической для здоровья его банка. В следующем месяце, во время первой недели президентства Трампа, его администрация сигнализировала о том, что снятие санкций, вызванных конфликтом в Украине, возможно.

Кроме этого, Майкл Флинн, бывший советник Трампа по вопросам национальной безопасности, провел несколько телефонных разговоров с послом РФ Кисляком в конце прошлого года. В одном из них они обсуждали дополнительные санкции, которые ввела администрация Обамы в ответ на попытку России повлиять на президентские выборы в 2016-ом.

Банкир из нью-йоркского офиса ВЭБ, которого в прошлом году признали виновным в шпионаже на Россию, был частью неуспешной схемы по вербовке Картера Пейджа, американского бизнесмена, который позже стал советником Трампа во время избирательной кампании. ВЭБ также получил контроль над акциями украинской “Запорожстали”, когда их продал бизнес-партнер Трампа, который построил отель Трампа в Торонто. Это стало известно из слитых документов известных как Panama Papers. Представители банка от комментариев отказались.

сила

Джаред Кушнер, зять Дональда Трампа, встречался с главой ВЭБ Сергеем Горьковым в декабре 2016-го/New York Times

Внешэкономбанк начал работу в 2008-ом году, когда Владимир Путин, тогда премьер-министр РФ, стал президентом совета банка. И во время скачка цен на нефть, ВЭБ начал восприниматься как новая финансовая мощь России.

По закону 2007 года, ВЭБ начал кредитовать важные, но нуждающиеся в дополнительном финансировании отрасли российской экономики, чтобы избавить ее от зависимости от цен на нефть.

“Это не банк”, – сказал Карен Вартапетов, финансовый аналитик Standard & Poor’s. “Нам стоит относиться к этому банку как к государственному агентству. Оно используется правительством как инструмент для инвестирования в политически или социально важные, но не всегда финансово жизнеспособные проекты”.

Роль ВЭБ как прожектора государственного влияния стала видна в 2010-ом, когда произошла сделка, которая потенциально повлияла на строительство отеля Трампа в Торонто.

В то время, Алекс Шнайдер, российско-канадский бизнесмен, который строил отель, хотел продать “Запорожсталь”. Его компания Midland Resources Holding Ltd., которая владела украинским заводом, продала как минимум половину своей доли пяти офшорным компаниям, которые получали финансирование от ВЭБ, согласно документов юридической фирмы Mossack Fonseca, которые удалось достать Международному Консорциуму Журналистов-Расследователей.

В документах указано, что спустя год после приобретения доли “Запорожстали”, пять компаний, расположенных на Кипре и Британских Виргинских островах, передали ее под российский контроль.

Судебные бумаги указывают на то, что продажа Шнайдером “Запорожстали” связана с необходимостью покрыть перерасходы в сделке с Трампом. Его адвокат изначально заявил Wall Street Journal, что 15 миллионов от продажи завода были использованы в 500-миллионном проекте Трампа, но позже отрицал это.

Ничего из панамского слива напрямую не указывает на финансирование проекта Трампа, которым он сам не владел, Внешэкономбанком. Скорее, сделка подчеркнула намерение ВЭБ оказывать давление на Украину по поручению российского правительства.

Более широко, план банка состоял в том, чтобы задействовать американские рынки капитала, чтобы профинансировать кредиты Украине. Но план не удался из-за введения санкций в 2014-ом.

сила

Сергей Горьков, 48 лет, – выпускник университета ФСБ/Reuters

Роберт Амстердам, адвокат бывшего босса Горькова в ЮКОС Михаила Ходорковского, отметил, что вопрос снятия санкций – критический для успешного оборота ВЭБ.

“Путин не волнуется о том, что о нем думают избиратели”, – говорит Амстердам, – “Путину нужно волноваться только о топ-100. А топ-100 сейчас под санкциями”.

Захари Голдман, бывший работник Департамента казначейства США, кто работал над разработкой финансовых санкций, сказал, что банкам стоит быть осторожными.

“Тот факт, что некоторые операции с ВЭБ могут быть разрешены законом, еще не означает что нет никаких репутационных или иных рисков”, – отметил мистер Голдман, ныне – исполнительный директор Центра по вопросам права и безопасности юридического факультета Нью-Йоркского университета. “Что меня беспокоит в этой организации – это ее неоспоримые связи с российскими спецслужбами”.

В 2015-ом стало известно, что банк нанимал шпионов. Тогда федеральные прокуроры Манхэттэна и Вашингтона обвинили Евгения Бурякова, работника нью-йоркского офиса ВЭБ в шпионаже, заявив, что тот являлся агентом российской службы внешней разведки.

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube