Период с 1946 по 1985 годы в мировой историографии получил название «холодной войны». Это было временем противостояния двух систем – капиталистической и социалистической. «Холодной» война была только в речах политиков, реально на линии противостояния регулярно происходили инциденты с гибелью военнослужащих обеих сторон. И зачастую это происходило в небе.

Позволим себе рассказать только о некоторых, наиболее известных случаях не объявленной войны в воздухе.

8 апреля 1950 г. в районе военно-морской базы Либава нарушил советское воздушное пространство самолет-разведчик ВМФ США PB4Y «Privateer» с авиабазы Висбаден (ФРГ).

Поднятая по тревоге четверка истребителей Ла-11 из состава 30-го истребительного авиаполка под командованием старшего лейтенанта Б. Докина перехватила этот самолет и, после того как нарушитель не выполнил требования следовать на посадку, открыла огонь. Американцы ответили тем же. В ходе перестрелки нарушитель был сбит и упал в море. Экипаж в составе 10 человек погиб.

PB4Y «Privateer» морской авиации США.

8 октября 1950 года в 16:17 по местному времени два истребителя ВВС США F-80C «Шутинг Стар» из состава 49-й истребительно-бомбардировочной группы нарушили советскую государственную границу и, углубившись почти на 100 км, атаковали полевой аэродром морской авиации «Сухая Речка». На тот момент там находились истребители Р-63 «Кингкобра» 821-го истребительного авиаполка. В результате обстрела самолетами ВВС США на стоянке были повреждены 7 самолетов, из них один сгорел полностью (остальные восстановлены позже техническими силами полка). Американские самолеты совершили два захода с обстрелом аэродрома и удалились на свою территорию. К счастью, человеческих жертв при этом налете в полку не было.

Истребитель ВВС США F-80C «Шутинг Стар». 

26 декабря 1950 года поднятая по тревоге пара летчиков 523-го истребительного авиаполка (Бахаев – Котов) перехватила американский разведчик, опознанный летчиками как В-29. Над мысом Сейсюра советские летчики сбили нарушителя. Вот такой отчет лег на стол главнокомандующего ВВС СССР:

«26 декабря 1950 года в 14 часов радиолокационные станции отметили приближение со стороны Кореи в направлении госграницы СССР неизвестного самолета. По тревоге в воздух были подняты самолеты ВВС…

Истребители в районе устья реки Тюмень – Ула (линия границы с Кореей) заметили приближающийся от мыса Сейсюра (Корея) американский самолет Б-29, который, как потом доложили летчики, сблизился с нашими истребителями и открыл огонь. В результате ответного огня наших истребителей на Б-29 загорелось левое крыло, и самолет, развернувшись в сторону моря, резко пошел на снижение. Это подтверждается также данными радиолокационной станции.

По утверждению наших летчиков и заключению штаба ВВС американский самолет Б-29 сбит и упал в море в 50 милях южнее мыса Сейсюра. Следует отметить, что 27 декабря с утра американские самолеты Б-29 группами по 2–4 машины летали в районе падения самолета.

Генерал-лейтенант Петров».

Правда, после того как американцы заявили официальный протест и началось расследование, командир полка предпочел скрыть сам факт боя, приказав уничтожить пленку с ФКП, и о нем стало известно только в 1980-х годах. К этому стоит добавить, что американцы до сих пор не сообщают, кто был сбит в районе советско-корейской границы 26–27 декабря 1950 года. Видимо, экипаж RB-29 (хотя речь может идти и о RB-50, и о PBY «Privateer», и спасательном В-17 – наши летчики все четырехмоторные американские машины определяли как «Б-29») выполнял какое-то секретное задание, и до сих пор этот инцидент засекречен.

Советский ас Степан Бахаев.

17 июня 1952 года правительства СССР и Швеции обменялись резкими нотами. В частности, в ноте МИДа СССР говорилось, что 13 июня в 13:10 в районе Вентспилса в советское воздушное пространство вторглись два иностранных самолета. Поднятые в воздух перехватчики отогнали их. Из‑за тумана не удалось определить их тип и государственную принадлежность.

Как оказалось, заместитель командира эскадрильи по политической части 483-го истребительно‑авиационного полка капитан Григорий Осинский сбил разведывательный DC‑3, оснащенных последней по тому времени техникой фото- и радиоразведки.

По свидетельству Героя Советского Союза генерал‑полковника в отставке Ф. И. Шинкаренко, на DC‑3 работала группа операторов, подготовленных в школе специалистов по радионаблюдению. Основная задача DC‑3 — засечь расположение радиолокаторов ПВО СССР. Летали шведы осторожно и своеобразно: обычно вдоль границы, потом на короткое время пересекали границу, немного углублялись на территорию СССР, разворачивались и «удирали». Такие полеты стали обычным явлением. Перехватить и посадить разведчик на наш аэродром невозможно, но и допускать подобные полеты больше нельзя. Поэтому капитану Осинскому еще на земле Шинкаренко отдал приказ об уничтожении разведчика.

После атаки истребитель сопровождал горящий DC‑3, пока тот не упал в нейтральных водах. Точку падения самолета засекли — она оказалась северо‑восточнее острова Готланд.

В последующие дни июня 1952 года шведы подняли в воздух два самолета-амфибии «Каталина» для поисков пропавшего DC-3, один из которых нарушает воздушное пространство СССР и также оказывается сбит. Однако его экипаж подбирает немецкое судно, которое проходило в тот момент в этом районе Балтийского моря.

Разведывательные DC-3 ВВС Швеции, как правило, летали неокрашенными. 

С 1954 года западные спецслужбы стали активно использовать АДА – автоматические дрейфующие аэростаты. Они поднимались на большие высоты, недоступные для истребителей и других средств ПВО. Аэростаты запускались с баз в Германии, Норвегии, Италии, Турции, Франции и других стран и проникали на большой высоте (до 30 км) в советское воздушное пространство, ведя воздушную разведку от западных границ до Тихого океана, где контейнеры с фотоаппаратурой сбрасывались в назначенном районе и подбирались специальными командами. Имевшиеся тогда на вооружении ВВС и ПВО СССР истребители типа МиГ-15 6ис, МиГ-17П и Як-25 не могли достать их, так как имели практический потолок в 15–16 км. Некоторые АДА все же сбивались, но большинство было недоступно для средств ПВО. Первый АДА летом 1954 года уничтожил капитан Л. Савичев на новом истребителе МиГ-17П (с РЛС-прицелом). Под городом Черновцы летчику удалось сбить аэростат на высоте 10 км, и тот упал на советской территории. Через несколько дней Савичев вновь вылетел на перехват АДА, но на этот раз сразу сбить его не удалось, аэростат начал набирать высоту, достать его стало невозможно.

Пик интенсивности полетов АДА пришелся на январь–февраль 1956 года, когда в воздушное пространство СССР проникло около 3000 шаров. Из них только около 10% дошли до Японского моря, остальные были сбиты советскими истребителями или не долетели до назначенного района по техническим причинам. Всего за 20 лет, с 1956 года по 1977 год, советской системой ПВО было зафиксировано 4112 аэростатов-разведчиков, из них сбить удалось только 793.

Запуск шаров АДА. 

Летом 1954 года, после того как очередной американский разведчик появился на радарах, а затем ушел в нейтральные воды, был сбит свой же самолет Ту-14, который в составе группы возвращался с учебного бомбометания. Весь экипаж машины погиб. Однако летчик, сбивший свой самолет, не был привлечен к ответственности, поскольку Ту-14 выпускался небольшой серией и поэтому был малоизвестен для летного состава строевых частей.

Советский торпедоносец Ту-14. 

В конце 50-х годов «кошмаром» для советских военных стал разведчик фирмы «Локхид» U-2, который мог совершать полет на высотах до 20 км и производить аэрофотосъемку с этих высот и вести радиотехническую разведку. Самолет мог пролетать расстояние 8800 км без дозаправки и находиться в воздухе около 11 часов. Первые полеты над Польшей и Восточной Германией таких машин отмечены 20 июня 1956 года, над территорией СССР – 4 июля. Советские РЛС ПВО СССР следили за каждым из них на всем протяжении маршрута, истребители ПВО выводились на цель, но их потолок был ниже высот U-2 на несколько километров, что не позволяло действовать эффективно.

В 1957 году над Приморьем два МиГ-17П из 17-го ИАП пытались достать U-2, но безуспешно. В том же году на границе с Узбекистаном летчик 9-го ИАП на МиГ-17 попробовал перехватить U-2, но когда его МиГ был уже на потолке (17 км), до нарушителя оставалось еще 3000 м. Стреляли по U-2 и первыми зенитными ракетами, но также безрезультатно.

Американский разведчик U-2.
 

1 мая 1960 года американский летчик Фрэнсис Пауэрс поднял в воздух свой U-2, имея задание пролететь на предельной высоте по маршруту: Пешавар (Пакистан), Аральское море, Свердловск, Киров, Плесецк и совершить посадку на аэродроме Буде (Норвегия). Это был один из наиболее опытных пилотов, который летал на этой машине с 1956 года. Первые засечки высотной цели, приближавшейся к границе СССР южнее г. Душанбе на высоте более 19 км, были получены в 5:36 (время московское). К 8:00 на КП войск ПВО страны сделан вывод, что маршрут полета пройдет через район Свердловска, далее — к Белому морю, а аэродром посадки, вероятно, будет в Норвегии. О полете было доложено министру обороны, членам Политбюро и Н. С. Хрущеву, который потребовал любой ценой сбить самолет.

С аэродрома Кольцово (г. Свердловск) на перехват поднялся высотный истребитель Су-9, случайно оказавшийся там в ходе перегона самолета с завода в часть. Его пилот капитан И. Ментюков не имел компенсирующего высотного костюма и кислородной маски, а самолет не был вооружен. Летчик получает задачу сблизиться с нарушителем и таранить его. Учитывая, что Ментюков долго действовать на предельной высоте не мог, а нужно было еще точно навести скоростной сверхзвуковой истребитель на цель, шедшую на дозвуковой скорости, шанс на успех был минимальным. Ментюков набрал нужную высоту, но цели не увидел, наведение не состоялось.

С приближением к Свердловску самолет входил в зону действия зенитного ракетного дивизиона С-75, который получает приказ: «Цель уничтожить». Был произведен последовательный пуск трех ракет. В 8:53 первая ракета взрывается позади U-2 – ее осколки пробивают хвостовое оперение и крылья, не затронув кабины. Пауэрс с трудом, уже на высоте 10 км вылез из кабины. Едва он оторвался от самолета — еще одна ракета прямым попаданием поразила самолет. Операторы РЛС приняли отметки от падающих обломков U-2 за пассивные помехи, примененные летчиком-шпионом, но тут отметка цели появилась вновь. Дело было в том, что после неудачного наведения И. Ментюкова на перехват U-2 была поднята еще пара истребителей МиГ-19 — капитана Б. Айвазяна и старшего лейтенанта С. Сафронова. Задача была все та же: при обнаружении атаковать противника. В ракетном дивизионе ПВО восприняли появившуюся отметку от истребителей за вражескую цель, которая снизилась до 10 км. Через считанные секунды она была сбита (по приказу с КП армии ПВО). Увы! Это был истребитель Сафронова. Айвазян увидел в чистом небе необычное облачко и резко спикировал. Это спасло ему жизнь. Экраны РЛС очистились, стало ясно – нарушитель сбит.

Пауэрса и все собранные обломки отправили в Москву. В Парке культуры и отдыха имени Горького позднее устроили выставку трофеев.

Американский летчик Пауэрс.

21 октября 1970 года пересек границу в Армении и углубился на советскую территорию самолет связи ВВС CШA типа Beechcraft U-8. Вылетевшие на перехват советские истребители заставили нарушителя сесть на аэродроме г. Ленинакан. В американский экипаж входили: два генерала армии США – Шерер и Мак-Куэри, пилот самолета майор ВВС США Рассел и полковник армии Турции Допели. Все они были задержаны и после короткого расследования в ноябре того же года выданы властям США.

Beechcraft U-8. 

28 ноября 1973 года в 13:15 (по московскому времени) состоялся первый воздушный таран в истории реактивной авиации. В тот день в р-не Муганской равнины (Азербайджанская ССР) границу нарушил самолет ВВС Ирана – учебный Т-ЗЗ. На перехват с аэродрома Вазиани (Грузия) вылетел капитан Елисеев на истребителе МиГ-21СМ. Летчику удалось настигнуть нарушителя у самой границы. С КП поступила команда пресечь полет нарушителя. Времени на применение ракетного оружия не оставалось. По непонятной причине пилот не воспользовался пушкой, а принял решение идти на таран.

Крылом своего МиГа советский летчик ударил по хвостовому оперению «иранца», при столкновении произошел взрыв, и оба самолета обломками упали на землю. Елисеев погиб, а экипаж нарушителя уцелел (в составе его экипажа были иранский курсант и американский летчик-инструктор). Капитану Е. Елисееву посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Капитан Е. Елисеев. 

14 марта 1974 года пропал советский пограничный вертолет Ми-4. Экипаж в составе трех человек (А. С. Курбатого, А. Ф. Ускова и В. Г. Бучельникова), потеряв ориентировку, залетел по ошибке на сопредельную территорию южнее поселка Белеши Алтайского Края и сел у китайцев из-за нехватки горючего. Все трое тогда были задержаны китайскими властями и удерживались в тюрьме более года, вплоть до 29 декабря 1975 года, когда после многочисленных протестов советской стороны они были выданы вместе с машиной.

Советский вертолет Ми-4. 

21 июля 1978 года в 6:21 в районе поселка Бахарден, в 80 км западнее Ашхабада государственную границу пересекла пара вертолетов иранских ВВС СН-47 «Чинук». На перехват был поднят МиГ-23 капитаном В. И. Шкиндером. Получив команду на уничтожение цели, советский летчик выпустил по ближайшему СН-47 две ракеты Р-60. Второй вертолет сбит пушкой (расход снарядов составил 72 штуки). Первый «Чинук», пораженный двумя ракетами, упал в районе поселка Гяуре и полностью сгорел, а вместе с ним погибли и все 8 человек, находившихся на борту. Второй СН-47, получив попадания в двигатель, совершил вынужденную посадку в районе Гяурсской погранзаставы, и четыре члена его экипажа были задержаны пограничниками. Ведущая пара вертолетов успела уйти. Экипаж подбитого «Чинука» около недели находился в Ашхабаде под арестом, затем его перевезли в Москву. Вскоре советская сторона заявила, что «иранские вертолеты заблудились и непреднамеренно нарушили советскую границу», после чего экипаж и останки восьми погибших иранцев вернули Тегерану. Через месяц находившийся в Гяуре СН-47 был восстановлен советскими специалистами, и иранцы перегнали его на родину. Инцидент был исчерпан. Однако, со слов техников, ремонтировавших этот «Чинук», на подбитом и сбитом вертолетах стояло разведывательное фотооборудование, а на уцелевшей машине были обнаружены несколько отснятых кассет.

Сбитый иранский вертолет «Чинук». 

18 июля 1981 года советский летчик Валентин Куляпин на Су-15 перехватил четырехмоторный турбовинтовой самолет неопределенной раскраски с задраенными иллюминаторами. Позже установят, что это был «грузовик» CL-44 аргентинской авиакомпании Transporte Aéreo Rioplatense, который, по всей видимости, доставлял оружие в Иран. Вряд ли он сознательно вторгся в воздушное пространство СССР. Скорее всего, просто заблудился.

Куляпин получает приказ: принудить нарушителя к посадке на советском аэродроме. Капитан пытается оттеснить «четырехмоторник» вглубь территории СССР, но тот не поддается. Понимая, что еще несколько минут, и самолет выйдет из советского воздушного пространства, командование отдает Куляпину приказ: «Цель уничтожить!».

Су-15 «висит» почти рядом с CL-44, но на перехватчике только ракеты дальнего действия. Стрелять ими в упор бессмысленно — пройдут мимо. Отстать километра на полтора — потерять время, за которое нарушитель выйдет за границу СССР, и там его уже не собьешь — будет международный скандал. Остается одно — таранить.

Куляпин не камикадзе. Он старается нанести удар так, чтоб при этом самому остаться в живых. Осторожно «подлезает» под правый стабилизатор транспортника, фонарем кабины почти касаясь дюраля, и медленно начинает двигаться вперед. Вот стабилизатор остался позади, и над головой снова чистое небо. Пора! Валентин берет ручку управления на себя. Перехватчик отсекает стабилизатор нарушителя.

Оба самолета повреждены настолько, что дальше продолжать полет не могут. Куляпин катапультируется и через несколько минут уже на земле. Из четырех членов экипажа разбившегося транспортника не выжил никто.

Летчик Куляпин. 

Трагедией закончилось проникновение 1 сентября 1983 года в воздушное пространство СССР южнокорейского авиалайнера «Боинг 747». Вылетевший с аэродрома «Сокол» (о. Сахалин) на Су-15 майор Г. Осипович сбил нарушителя. Советский Союз обвинили в уничтожении южнокорейского гражданского самолета «Боинг-747», на борту которого находилось 269 человек.

В официальной советской версии говорится: «В ночь с 31 августа на 1 сентября самолет неустановленной принадлежности вошел в воздушное пространство СССР над полуостровом Камчатка, а затем вторично нарушил воздушное пространство СССР над островом Сахалин. При этом самолет летел без аэронавигационных огней, на запросы не отвечал и в связь с радиодиспетчерской службой не вступал. Поднятые навстречу нарушителю истребители ПВО пытались оказать помощь в его выводе на ближайший аэродром.

Однако самолет-нарушитель на подаваемые сигналы и предупреждения советских истребителей не реагировал и продолжал полет в сторону Японского моря».

А вот как описывает события летчик-истребитель, уже подполковник Г. Осипович: «Я набрал 8,5 тыс. метров. Вдруг команда: «Впереди самолет-нарушитель». На удалении 30 км я увидел огни. Самолет мигал. Темно было, серая дымка кругом, но я видел два светящихся ряда иллюминаторов. Меня запрашивали с земли: «Горит мигалка?» – «Горит». Мигалка бывает только на транспортных и пассажирских самолетах. Пересекли береговую границу, и мне дают команду: «Цель нарушила государственную границу, цель уничтожить». Вдруг новый приказ: «Отставить атаку. Принуди его к посадке». Я вышел на одну с ним высоту, чтобы он меня видел. Начал мигать бортовыми огнями – есть специальный международный код, который предупреждает, что самолет нарушил границу. Он не отвечает. Мне командуют: «Постреляй из пушки». Я сделал четыре очереди – никакой реакции. Мы уже подходили к Невельску, когда мне сказали: «Цель уничтожить». Пришлось повернуть самолет, зайти снизу. Ракеты ушли. Одна – тепловая – попала в двигатель, другая – радиолокационная – под хвост. Огни в самолете погасли. Я доложил: «Цель уничтожена».

Как видим, в официальном советском заявлении было допущено ряд неточностей и умолчаний. Советские власти заявляли, что самолет шел без каких либо огней, и поэтому летчик не мог определить, какой это самолет. Но Осипович видел «мигалку» и сообщил об этом на землю. Об этом, кстати, знали и японцы, которые писали все переговоры летчика с базой. Не мог он выйти и на связь с «Боингом», так как не знал его частоты.

Советский перехватчик Су-15. 

28 мая 1987 года на Красной площади приземлился самолет 18-летнего немецкого паренька Матиаса Руста. Это было одно из знаковых событий перестройки. Матиас Руст покинул хельсинский аэродром «Мальами» днем 28 мая с направлением на Стокгольм. Первые 20 минут полета летчик шел по обозначенному маршруту, затем он связался с диспетчером, сообщив, что у него все в порядке, и попрощался. В этот день на связь он больше не вышел. На место последних координат самолета в срочном порядке была направлена спасательная группа, которая обнаружила на поверхности моря масляное пятно внушительных размеров. Решили, что самолет потерпел крушение.

Пока финские спасатели искали Руста в море, он пересек границу СССР в районе Кохтла-Ярве (Эстония) над Финским заливом. Немедленно на его перехват был поднят МиГ-25 с аэродрома Хотилово, позже «Цессну» «вели» вертолеты из-под Вышнего Волочка. Пилот перехватчика (а 25-й не может лететь так медленно, как гражданский самолет) доложил о готовности пролететь мимо «Цессны» на форсаже — она развалилась бы. Вертолетчики готовы были зажать его к земле. Команда на посадку или перехват цели дана не была.

В 19:10 Матиас Руст посадил машину на Большом Москворецком мосту, прокатился до Храма Василия Блаженного, вылез из самолета и принялся раздавать автографы и позировать перед фотокамерами. Фото- и автограф-сессия, правда, продолжались недолго: немец был быстро арестован. Свой день рождения, 1 июня, он провел в тюрьме. Самый гуманный суд в мире назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года. 3 августа следующего года Матиас Руст был помилован и выдворен за пределы СССР.

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube