Мировая беда в том, что цивилизованный мир запаздывает, а иногда попросту еще и не знает, как правильно отреагировать на кремлевскую гибридную агрессию. Видимо, слишком расхолодился западный мир и никак не может собраться воедино, чтобы дать достойный и упреждающий отпор агрессору. Но так будет не долго. Запад не собирается прогибаться под кремлевское «видение» мироустройства.

Путинизм – это сталинизм в его начальной стадии. В нынешней российской истории уж который раз тоталитарный национальный характер получает в управление такого же лидера. Ленин, Сталин, Путин. В этой триаде не только созвучие окончаний, но и общность политических антиценностей, уголовной практики, неимоверная тяга к лживой пропаганде и единовластию. А что же русский народ?! А народ никогда во внимание не брался! У него в России ценность небольшая.

Ученые-лингвисты давно утверждают, что русский язык – агрессивнее всяких других языков на исторической славянской территории, другие славянские языки – более толерантны. Давно замечено, что агрессивные по своей ментальности языки, как правило, не очень-то честны в своем правописании. Это, когда в языке слышится одна буква, или сочетание букв, а пишется другая, или совсем иное окончание. Такое раздвоение в правописании ведет и к раздвоению в психологии восприятия и действия. Отсюда неискренность, норма лгать чуть ли не всему миру, нетвердость слова или ее полное отсутствие. Вот, отчасти, почему и родилось предубеждение, что любой договор с Россией не стоит даже цены бумаги, на которой он написан. Отношение Кремля к минским договоренностям, как и к Будапештскому меморандуму и большому договору с Украиной о дружбе и сотрудничестве – яркое тому подтверждение. Языковая агрессивность и обманчивость – одна из знаковых российских антиценностей.

Язык – это очень сильный рычаг влияния на население, его поведение и сознание. Мы повсеместно наблюдаем зависимость ментальности человека от того, на каком языке он разговаривает. Народ, потерпевший поражение в борьбе за свою независимость, как правило, под воздействием грубой силы или иных житейских обстоятельств переходит на язык оккупанта, чем делает свои дальнейшие самоубийственные шаги.

Видать в Кремле не знают изречения А. Солженицына пятидесятилетней давности, о том, что «Великая ли мы нация, мы должны доказать не огромностью территории, не числом подопечных народов – но величием поступков. И глубиною вспашки того, что нам остается за вычетом земель, которые жить с нами не захотят. С Украиной будет чрезвычайно больно».

У нынешних кремлевских небожителей напрочь отсутствуют великие поступки, все больше международные уголовные преступления, моральная основа которых утопические агрессивные антиценности «русского мира». Что нынешний Кремль может и хочет дать миру?! А ничего хорошего, кроме войны, ненависти и разрушений

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube