Просто три цитаты. «Люди в большинстве своем все понимают, а потому реальная явка на этих выборах совсем небольшая — порядка 20% во многих городах и целых регионах. При такой явке достаточно получить голоса примерно 10-15% от числа всех избирателей и ты уже «победитель». Это значит, что мнение 85-90% жителей вообще в расчет не принимается.

не принимается, мнение, выборы, явка, ФСБ, КГБ, Россия, коррупция, мафия

В результате таких «невыборов» к власти в регионах приходят люди из ниоткуда — бывшие охранники президента, бывшие водители бывших помощников президента, бывшие, но при этом надежно зарекомендовавшие себя в качестве обслуживающего персонала власти, послушных исполнителей без воли, идей, программ, знаний, опыта… Этих людей еще принято называть сегодня «технократами» или «менеджерами». Вот таким путем политика в России изживается в принципе: региональные политики заменяются на бессмысленных и беспрекословных исполнителей. Они должны уметь решать хоть какие-то проблемы и изображать хотя бы минимальную эффективность в условиях санкций и падения цен на нефть. Не справившихся заменяют на других таких же.

Путин управляет Россией не как федеративным государством с 85 субъектами, а как фабрикой с 85 цехами и заводоуправлением в Кремле, а реальная власть губернаторов систематически все больше урезается в пользу Москвы. При этом регионы отдаются на откуп губернаторам, а на коррупцию (до нужного момента) и на изощренные издевательства над людьми в кремлевском заводоуправлении закрывают глаза в обмен на беспрекословное подчинение и лояльность. Регионами управляют не с помощью законов и экономики, а с помощью слежки, прокуратуры и полиции, т.е. с помощью страха. Неудивительно, что региональные элиты запуганы и подавлены.

Уничтожение региональной политики и политиков, и вместо них создание целой армии чиновников, которые, будучи плоть от плоти нынешней системы, даже не представляют себе другой модели управления, — все это означает, что и после Путина переход от государства-мафии к иной форме правления будет чрезвычайно сложен и опасен. Если вообще возможен.»

© Г. Явлинский

«Это очевидный сбой, потеря ориентации, политической ориентации, независимо от того, кто имеет отношение к операции и как она проводилась. Конечно же, в принципе президент не может в таких делах участвовать публично. Это говорит даже не столько о том, что он имеет отношение, дал распоряжение к операции, а в том, что считает, что его прикосновение как у короля-чудотворца, оно тоже чудотворно, оно исправляет любую ситуацию. Он считает, что словами может изменить все что угодно, изменить реальность, изменить мир, изменить отношение к России.

Конечно, это чудовищная глупость – лезть президенту в эту ситуацию в любом качестве и что-то объяснять по поводу этих людей на видеокамерах. Вторая за этими словами Путина следующая по рангу глупость – это вытаскивать этих людей и демонстрировать. Опять-таки, независимо от того, как выглядела эта операция, мазали ли они ядом ручку или мазали другие, все равно это посылает лифт в английское дело.

Между прочим, я напомню, что весной было открыто российское дело по отравлению Скрипалей, о нем какой-то молчок, о нем ничего не слышно. Следственный комитет должен был прямо в кабинете у Симоньян арестовать этих людей и выяснять, что это такое. Но тут ничего не происходит.

В итоге мы имеем идеальную ситуацию для обвинения уже России как государства в этой операции. Потому что речь идет о путанице, в которой явно открыто замешан лично президент, он сам этот сделал, государственное агентство. Эти люди верифицированы, между прочим, не кем-нибудь, они верифицированы официально демонстрацией в российском эфире. Так что мы можем только ждать последствий, и эти последствия будут очень сильными.

Мы находимся в очень опасной ситуации, с моей точки зрения, ситуации уровня чернобыльского, она создана скорее всего внутри аппарата. Если руководство спецслужб не может их контролировать, то оно может контролировать яды, оно может контролировать ядерное оружие и так далее? Мы на самом деле в тяжелой ситуации. Хотел Путин показать «фак» миру или не хотел — это вообще не играет никакой роли, какая разница, что он на самом деле хотел. Конечно же, если бы он посоветовался со своим адвокатом, он бы не стал выступать с этим заявлением. Любой адвокат, самый просто, сказал бы ему, что нет, этого делать нельзя. Поэтому мир не почувствовал в этом никакого «фака». Это очень плохая ситуация, мы идем навстречу последствиям, эти последствия не будут легкими, мягкими, они будут жесткими.

Система не разваливается, система, по-моему, крепчает. Это разные вещи – стиль, красота, эстетика действий и крепость системы, она не на эстетике держится. Она вошла в состояние спазма, потому что выборы – очень показательный момент, это показывает, что политизация пошла вниз, внутрь системы, но недалеко пока ушла, прямо скажем. То, что позволяет себе Золотов, в любом случае, если он, как я думаю, пересказывает какие-то оценки своего шефа, все это деструктивно для ведомства, деструктивно с точки зрения управления. Но наша система существует не благодаря хорошему управлению, в этом ее маленький секрет. Она очень плохо управляет и всегда плохо управляла. История со Скрипалями во всех свойствах халтура, вплоть до пропаганды. Но сейчас надо ждать следующего спазма, надо ждать попытки утопить все это в каком-то новом обострении вне страны или внутри страны – это я могу сказать определенно, у нее нет другой технологии, кроме этой. Она сейчас ищет повод для эскалации где-то, и она его найдет, я вас уверяю.»

© Г. Павловский

«Многие, конечно, уже не помнят 1990-е годы и процессы разрушения авторитарного государства с единой партией. Сегодня мы фактически имеем, я с Глебом не согласен, мы имеем начало конца. Потому что в 1990-е годы советская система, когда наелись Горбачевым, эти годы были похожи на наши, когда начало зреть недовольство.

На чем строится система ФСБ, КГБ и всего прочего – на вычленении отдельных участков и купировании этих участков. Когда начинает массовое возникать неудовольствие, система ФСБ бессильна в этом случае. Мы сейчас наблюдаем, что из-под контроля выходит именно тот момент, который называется массовое недовольство.

Его предотвратить у сегодняшней власти нет возможности. Президент, на мой взгляд, это даже не оценивает, он не очень хорошо это понимает. Он говорит: недоработки на местах, кто у нас там губернатор, сейчас я его вызову. Поздравляю со вторым туром. Опять локальный аппарат включается, но вы упускаете все остальное. Нельзя создать ситуацию, что ФСБ закрывает все пространство, всю территорию, всех людей – это невозможно. Тогда надо поделить людей на две части: ты эфэсбэшник, а тебя прикрывают. Этого нет. И начинается процесс 1990-х или конца 1980-х.»

© В. Семаго

ИСТОЧНИК

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube