О вкусах спорят…
Во время Оранжевой революции, забежав к подруге на работу, открыла дверь и ахнула – прямо напротив висел календарь с улыбчивой быдловатой круглой мордахой горячо любимого донбасского избранника. Я наивно спросила: «Заставляют это вешать?».

вешать, хмель, пенсии, система, деньги, лнр, Луганск, Донецк, Украина

Эх, как взвилась ее как бы интеллигентная начальница, холеная дама в дорогих тряпках, относившая себя к элите, 2-3 раза в год мотающаяся к дочери в Германию исключительно на шопинг.

Она не вникала в политику, главное – «красивый, здоровенный», «ах, какой мущина», «как он может не нравиться». Мне удивительно было видеть такую искреннюю девичью влюбленность у пенсионерки, но вступать в дискуссию, чтобы не подводить подругу, не стала. Да и зачем? Просто мы настолько разные, что неспособны понять друг друга ни в чем. Последнюю неделю я часто вспоминаю тот случай.

Слава богу, наконец-то закопали. Но нет-нет — лента приносит последние всхлипы. О свалявшемся парике наряду с Залесьем очень скорбила израильская диаспора – это не удивило, ведь все воспоминания о том, каким добрым был задержавшийся на этом свете мафиози, скольких осчастливил подачками с барского стола. А я еще до позорных дуэтов с Гиви, Абажем, кокомаршалом, нелепого «бурят-как-я-рад», всегда выключала телевизор, когда появлялась грубо нарисованная неподвижная маска с приклеенным париком. Как-то неудобно было, что некому честно сказать человеку (жаль, что не все умеют сами достойно уйти вовремя, как это сделал Магомаев): «Отдыхай, ты заслужил, освободи место для молодых». Последних лет 20 не покидало ощущение, что поет он с того света. Ну, а после начала войны добавилось отвращение к откровенному врагу моей страны.

Ладно, у многих может быть устойчивая многолетняя советская привычка к кремлевским певунам. Но как можно возводить в ранг Христа-спасителя откровенно уголовно-туповатого донецкого Батю без единого проблеска интеллекта? Неужели у людей нет глаз, ушей, мозгов? Естественно, я не лазила специально по донецким пабликам – нет мазохистской привычки читать то, что раздражает. Просто ФБ каким-то странным образом постоянно подбрасывал ссылки на комментарии друзей, имевших неосторожность вляпаться в болота скорби. Ух, и адище!

Причем, никто ж не заставлял скорбеть – зов души. И рассказы о том, что на похороны насильно свозили не соответствуют истине – многие шли добровольно (свидетельства живущих в Донецке – у меня много коллег оттуда, а у них есть родственники и друзья в Зоне). Точно так же, как и в Луганске – окончательно перестала общаться с бывшими заводскими, которые с интересом ходят на военные парады оккупантов и водят туда внуков (их никто не заставляет – сами-сами, все сами).

В последнее время очень настораживает обострившаяся тенденция изображать бедными невинными овечками все население трехбуквенных. Для меня это сродни мызамирным завтракам на границе. Нет там сплошных сепаров, но и симпатиков Украины чрезвычайно немного. Если (когда) удастся вернуть эти земли, проблем будет намного больше, чем оптимистам кажется. На днях подруги ходили с ночевкой в Станицу (перед закрытием на ремонт). «Гостеприимный» бизнес налажен – 15 коек в хате, и все заняты. И проукраинские – только мои. Остальные ненавидят Украину так густо, что дышать нечем. Но за пенсией и колбасой ходят.

Тех, кто возмущается усложнением выплат, спрашиваю: «Как вы видите действенный и необременительный для пенсионера контроль в этих условиях? Как безопасно доставлять деньги в Луганск?». Я лично знаю несколько семей, которые похоронили в Луганске своих бабушек весьма преклонного возраста практически сразу после оформления статуса ВПЛ осенью 2014 года и спокойно получали пенсии с их карточек почти год (тогда механизм проверок практически отсутствовал).

Впрочем, знаю и сельских пенсионеров с Луганщины, которые не ездят за пенсиями в Украину – кому-то помогают дети, кто-то справляется сам. Есть и такие, которые наоборот мотаются за пенсией в «ЛНР» и оплачивают этими деньгами коммуналку там (надо отдать должное, таких среди наших знакомых единицы). Каждый выбирает свой путь. И оплачивает свой выбор собственным здоровьем, нервами, жизнью. Я далека от осуждения. Что говорить о простых пенсионерах с копеечными пенсиями, если неувядаемая советская «червона рута» не может отказать себе в удовольствии потешить пьяную российскую публику на корпоративах? Правда, совсем за другие суммы (неужели и после 70 все мало и все продается, включая честь и достоинство?).

Но абсолютно все деньги, потраченные на роиси и в трехбуквенных, пахнут кровью наших солдат и мирных жителей, погибающих от «братских» боеприпасов. Это нужно понимать и помнить. И, если ездишь за украинской пенсией, не плевать в дающую руку. Сострадание, говорите? Почему? Только за то, что квартира или дом с огородом оказались дороже собственной жизни и судьбы близких? А те, кто забрал своих стариков и взял на себя все трудности их обустройства? Те, кто бежал под угрозой жизни? Кто побывал «на подвале»? Кто вывез своих детей из этого Королевства кривых зеркал и крутится на нескольких работах, чтобы обеспечить семью? Кто сумел возобновить свои производства и начать жизнь с нуля на новом месте? Они не достойны сострадания?

Уже сто раз всем рассказано, что у нас солидарная пенсионная система, когда работающие содержат пенсионеров. Нам было легче – мы по привычке верили, что проживем на пенсию. Нашим детям сложнее – они понимают, что на старость должны накопить сами. А попутно содержать нас. И бабушек-дедушек из Зоны, которая живет при коммунизме, ничего не вкладывая в наш Пенсионный фонд, но потребляя из него миллиарды. Причем, без малейшей благодарности, только с проклятиями. Эта ситуация напоминает мне собственную молодость. Так вышло, что у нас было пять требовательных пенсионеров, бытовые проблемы которых постоянно приходилось решать.

И только одна из них, моя бабуля Ксеня, добрая, благодарная и тактичная, умела без проблем подстроиться под наш рабочий график, а не усложнять старческими капризами и без того неласковую жизнь. Она не читала нотаций и не учила нас жить. Такой быть трудно. Но, если претендуешь на любовь и уважение молодых, а не плохо скрываемое раздражение, нужно. Тем более, что в сегодняшней гибридной действительности никто из нас не жил. Но каждый второй – эксперт. Наши дети на голову выше нас в том же возрасте, знают и умеют они намного больше. И жизнь на порядок сложнее и неоднозначнее…

Весной пожалела вырвать нежные беспомощные ростки хмеля. Тем более, что свежепосаженная малина была далеко, а шиповник казался таким большим и сильным. Осень. Малины просто не видно. Да и шиповник согнуло в три погибели. Никаких аналогий – просто комментарий к фото…

ИСТОЧНИК Олена Воронянська

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube