С ноября этого года вступает в действие закон о проценте музыкальных произведений на государственном языке в программах телерадиоорганизаций. Был принят Верховной Радой в июле.

бегемот, begemot, begemotmedia, новости, Княжицкий, закон, языке,  государственном языке , телерадиоорганизаций, Украина

Согласно закону, минимальный процент ведения передач на государственном языке должен составлять в течение первого года — не менее 50%, в течение второго — не менее 55%, в течение третьего — не менее 60%. Также телерадиоорганизации при осуществлении радиовещания должны обеспечивать долю песен на государственном языке в объеме не менее 35% общего объема песен, транслируемых в течение суток, а также не менее 35% от общего объема песен, транслируемых в каждом промежутке времени между 07:00 и 14:00 и между 15:00 и 22:00.

Председатель комитета Верховной Рады по вопросам культуры и духовности Николай Княжицкий рассказывает  о языковой ситуации в медиа и почему парламентарии не поддержали его законопроект об ограничении гастролей российских артистов.

— Чего ждете от закона о квотах на украиноязычные песни на радио?

— Он только вступит в силу. Мы живем в стране с почти 50-миллионным населением. Вакуум в эфире точно не образуется, как нас пугают. Мы с Марией Бурмакой делали на ТВ программу «Музыка для взрослых». Стояла целая очередь музыкантов желающих у нас сняться. Вы их до сих пор не увидите на других каналах или радиостанциях. Как только будет возможность работники радио начнут вкладывать деньги в поиск новых интересных исполнителей, их поддержку, поощрение. Как в середине 1990-х. Денег никто особо не вкладывал, но возник бум украинской музыки. Потому что еще не было вала российской попсы в наших эфирах.

 

— Как на государственном уровне контролировать теперешнее двуязычие на радио и телевидении?

— Нет у каналов денег, чтобы переводить гостей. А когда ведение происходит в стиле Тарапуньки и Штепселя, мне, с эстетической точки зрения, это неприятно. Но все постепенно. Давайте закон о языках нормальный примем, а потом будем об этом говорить. У руководства страны нет политической воли сделать это. Боятся, что это кого-то возмутит, будет сопротивление. А надо наоборот максимально быстро действовать, потому что пока мы этого не сделаем, будем в двуязычно-суржиковой грязи еще долго копаться.

Ваш закон об ограничении гастролеров из России не приняли, но следующий парламент может быть еще хуже.

Это правда, потому нам надо сделать максимум с этим. Здесь еще можно работать. Есть внутренние силы. Блок Порошенко и Народный фронт. Несмотря на все противоречия, которые между нами существуют, а они существуют. Есть разные люди в этих политическим силам и разные взгляды. Надо делать все, чтобы и реформы продвинуть дальше, и принять законы, которые бы поддерживали и утверждали нашу независимость. Это наш очень большой шанс. Дать возможность пророссийским, популистским силам развалить парламент сейчас нельзя. Достаточно взглянуть на опрос, насколько увеличится представительство этих людей сейчас и они работают для этого через свои теле и радиоканалы.

— Как продвигать украиноязычный продукт на территории Крыма, оккупированных районов Донбасса?

Продвигать на том же уровне, что в Киеве, Львове, Харькове, в Луганске, Донецке, Симферополе невозможно. Это понятно. Надо освободить эти регионы. Но если украинская культура будет богата и сильна, через интернет, спутник, другие альтернативные способы доставки информации, она до украинцев там попадет. Главное, чтобы она была, и ее было много. Нельзя потребовать, чтобы все украинские исполнители, фильмы были гениальными. Это процесс. Если талантливым будет один из десяти — это уже большой успех.

— Много лет украинский язык остается государственным только на бумаге.

Это постепенный процесс. То, что сейчас большинство школ, садиков украиноязычные, свидетельствует о том, что этого хотят люди. У меня трое детей. Разного возраста. Знаю, в какие школы, университет, садик ходят. Как правило, за пределами занятия были единственными украиноязычными. Сын — единственный из одногруппников. Дочери 11 и украиноязычных детей в ее классе уже несколько. Мы не можем запретить русский. Есть много украинцев, которые привыкли так общаться. Им может быть сложно, но если они хотят учить своих детей на украинском, значит — патриоты. Хотя согласен, что существует проблема с преподавателями на переменах, которые переходят на русский. Детские сады тоже никто не контролирует, хотя министерство образования должно за это взяться.

В семье общаетесь украинском, родом из Галичины, чувствуете в языковом плане преимущество по сравнению с жителями обрусевших индустриальных городов?

— Я родился во Львове. Моя мама тоже. А отец в Чигирине на Черкасщине, но вырос в русскоязычном Харькове. Я интегрально люблю всю Украину — и Галичину, и Восток. Понимаю обе ментальности. Отец подкалывал маму: «Вот у нас выходишь из дома — широкое поле, а у вас узкие улочки, не пройдешь, не вернешь». Не нужно делить Украину. Вот мне бывает смешно читать книги или слушать песни галицким диалектом «Братьев Гадюкиных». Но я абсолютно убежден, что Киево-полтавский диалект — это основа украинского языка. И нам всем надо стараться пользоваться именно им.

— По-хорошему смешно слушать «Гадюкиных»?

— Да. Наслаждаюсь их колоритом. С этой группой вообще странная история. Большинство из них русскоязычные, но они чрезвычайно тонко чувствовали язык и галицкий диалект. Может они и издевались над ним, их даже в этом обвиняли, но настолько любили этих людей, столь талантливо делали, что потом получили огромное количество поклонников. Научили галичан настоящий самоиронии. Я противник землячеств, разделов Украины. Это российская идея, что следует отделить Галичину и под российским омофором вся остальная Украина заживет счастливой жизнью. Как галичане нам это все портят. Сердце нашего государства — Центральная Украина. Основные ценности происходят отсюда и они не отличаются от галицких.

 

 

ИСТОЧНИК http://gazeta.ua/

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube