В Кремле смирились с неизбежностью автокефалии Православной церкви в Украине как с неизбежностью наступления весны и поэтому озаботились темой: есть ли будущее у РПЦ после Томоса? Постановили – есть, если пойти украинским путём и тоже провести перерегистрацию с переучётом в своих рядах. Решение об этом приняли «под ёлочку» – 28 декабря на заседании Синода РПЦ в её столице – Даниловом монастыре в Москве.

Кремль, Томос, православие, РПЦ, революция, Россия

Заседание началось 28 декабря с доклада патриарха Кирилла о «тяжелых последствиях антиканоничного и преступного вторжения Константинопольского Патриархата на каноничную территорию УПЦ».

Вопреки этой терминологии, больше подходящей для военных советов, чем для церковных, члены Синода всё-таки не пригрозили Вселенскому патриарху смеющимися «Искандерами», высадкой десанта и прочим, а более скромно постановили: «вторжение» осудить. Но этим не ограничились и постановили учредить два новых экзархата (церковных округа) РПЦ за рубежом: Западноевропейский и для Юго-Восточной Азии.

«Столицей» первого назначили Париж, а второго – город Сингапур. В территорию Западноевропейского заграничного округа РПЦ записали: Андорру, Бельгию, Монако, Великобританию, Ирландию, Испанию, Португалию, Францию, Италию, Швейцарию, Нидерланды и два герцогства ­– Люксембург с Лихтенштейном.

Заведовать и управлять округом назначили Рощина Георгия Евгеньевича, москвича 1974 г. рождения, который с 1998 г. был в аппарате патриаршей номенклатуры РПЦ по внешним сношениям, но церковных должностей не занимал и монашеский постриг принял лишь в 2014 г. Биография типична для кадрового сотрудника Службы внешней разведки РФ, и похоже, потомственного, которого начальство долго не знало куда окончательно приписать – к церковному департаменту или к гражданскому.

В июле 2014 г. начальство таки определилось и назначило епископом Наро-Фоминским, управляющим приходами Московского патриархата в США. В октябре 2018 г. начальство ещё точнее определилось: отстранило его от управления приходами в США и назначило управлять приходами РПЦ в Италии, будучи всё тем же епископом пролетарского города Наро-Фоминск. С учётом итальянской специфики Рощина с этого момента стали официально именовать – епископ Иоанн Богородский.

Теперь у Рощина новый титул-прикрытие – Иоанн Богородский, епископ Корсунский и Западноевропейский. То, что главой приходов РПЦ в Западной Европе будет кадровый сотрудник Службы внешней разведки РФ не удивляет. Наоборот, было бы странно, если бы всё обстояло иначе. Но вот титул Рощина – очередная провокация Кремля, так как старославянский Корсунь – это греко-римский Херсонес, расположенный на территории оккупированного Севастополя. РПЦ и спецслужбы РФ, присваивая Рощину такой титул, подталкивают правительства ЕС к замаскированному признанию российской оккупации Крыма.

Если Рощина впустят в Париж, то в Москве это смогут трактовать как признание Францией де-факто и даже де-юре оккупации Крыма. В такой ситуации логичен запрет Рощину на въезд в Париж и другие страны его «округа» до тех пор, пока Синод РПЦ не внесёт изменения в его титул и не переименует из епископа Корсунского, например, в епископа Сарайского, Кучковского, Мокшанского или ещё во что-нибудь экзотичное, раз он не может быть просто епископом Наро-Фоминским и Западноевропейским.

Московский Синод созданием двух зарубежных округов РПЦ надеется решить две более стратегические задачи, чем мелкая провокация с титулом Рощина.

Первая – удержать православных в Западной Европе в сфере влияния РПЦ и пытаться сделать из Москвы нечто великое вроде третьего Рима или второго Константинополя с Иерусалимом. Что именно «великое» и как оно должно назваться, – в Кремле и Синоде пока и сами плохо понимают, но очень боятся, чтобы православные в Западной Европе не пошли по примеру Украины под эгиду Вселенского патриарха. Поэтому Москва спешит объявить страны Западной Европы своей «каноничной территорией» и установить в них монополию на продажу билетов в «Царство небесное» православным, которые там, по её мнению, погрязли в церковно-религиозной демократии и фракционности. Чего-то такого РПЦ опасается и в Юго-Восточной Азии, почему спешит и там создать свой зарубежный округ из Вьетнама, Лаоса, Камбоджи, Индонезии, Филиппин, Таиланда, Мьянмы и обеих Корей. Китай, Тайвань, Монголия и Япония в него почему-то не вошли, видимо, из них сделают ещё один зарубежный округ РПЦ.

Вторая стратегическая задача диктуется начинающейся в Украине перерегистрацией церквей. Не исключено, что аналогичные события могут произойти и в некоторых странах Европы, которые не попали под управление Рощина. Несмотря на всё нытьё начальства в УПЦ МП, перерегистрировать её таки придётся и под названием «РПЦ в Украине».

Так как желающих зарегистрироваться под таким названием вряд ли будет много, то делать под них особую управленческую структуру Кремлю не очень хочется по политическим и финансовым соображениям. Вдобавок в самой РПЦ идёт какая-то малопонятная большая кадровая чистка с перестановками и отправкой «на покой» тех, кому больше 75 лет, что очень напоминает их регулярные «губернаторопады». То ли ФСБ проводит профилактику «измены» в РПЦ, то ли разные группы интересов в РПЦ улаживают отношения. В такой ситуации Кремль, исходя из финансовой, кадровой и политической целесообразности, не оставит УПЦ МП после её перерегистрации и той куцей автономии, которая у неё была, и внесёт её как составную часть в ещё один зарубежный округ РПЦ, назвав его Южным или Центральноевропейским.

Восточноевропейским нельзя, – будет непонятка с Москвой, а Юго-Западный округ звучит вызывающе. В этот зарубежный округ, вероятно, объединят Украину, Чехию, Словакию, Австрию, Германию и другие страны, которые не отдали «в окормление» Рощину.

Все это напоминает имперские военные округа, что и не удивительно, но практично, так как исключает любую «художественную самодеятельность» со стороны экс-УПЦ МП после её перерегистрации. Спешить с объявлением о создании такого округа Синод РПЦ не будет, чтобы не распугать своих иерархов в Украине, – у тех не вызовет радости весть, что отныне и во веки веков все кадровые вопросы будет безапелляционно решать какой-нибудь штабс-капитан в рясе типа Рощина. Поэтому с объявлением подождут до конца перерегистрации.

Но всё это уже больше проблемы Гундяева и его Синода, чем Украины. В Украине на этой почве своя проблема – два Рождества. От оппозиционной советской традиции двух Новых годов отошли, так как она утратила актуальность с роспуском СССР, но пришли к двум Рождествам. Не то, чтобы ужас-ужас, – день рождения Иисуса можно отмечать хоть каждый день, тем более, что достоверно он неизвестен, но выглядит это не логично и не канонично. Напиваться 25 декабря по случаю дня рождения Иисуса или обряжаться в волхвов и ходить по квартирам с колядками у большинства украинцев энтузиазма тоже нет. Они и 7 января этим не занимаются.

Президент, правительство и Верховная Рада не могут издать указ, подобно Петру I, о том, чтобы 1 генваря всем пить и поздравлять друг друга, а кто в этот день не пьёт, тот враг отечества и самодержавия. Оправдать наличие в календаре двух Рождеств идеологическим противостоянием католиков и православных тоже нельзя, так как до 1582 г. они отмечали его в один и тот же день, как и протестанты. Отмечали до тех пор, пока итальянские астрономы, высматривая бога через телескоп, не сделали попутно массу интересных открытий, включая скорость вращения Земли, и на радостях предложили уточнить календарь. Тут всё и началось.

Так как астрономы были католиками, то протестанты и православные заподозрили в этом подвох. Какой, – сами не знали, но на всякий случай стали осуждать и протестовать. К ХХ веку, наконец, все, даже мусульмане, разобрались и согласились, подвоха нет, календарь действительно неточен, и в него логично внести поправку. В 2016 г. с этим согласились и в Саудовской Аравии, но четыре слишком консервативные православные церкви, в их числе и РПЦ, продолжают упорствовать по разным причинам.

На их упрямство можно было бы махнуть рукой, – пусть себе отмечают всё что хотят, и когда хотят, если бы государства не объявляли Рождество общенациональным выходным днём. В результате в Украине получилось два выходных Рождества с Новым годом между ними, что можно назвать «праздничной стрельбой короткими очередями». Как говорится, – ни уму, ни сердцу. В полночь выпили, до обеда проспали, и так три раза с перерывами через неделю.

Более оптимальный вариант – праздничная неделя, как это было у европейцев до их христианизации, и до сих пор принято у китайцев и других народов Дальнего Востока, а также у мусульман. По факту к эту стремятся и европейцы с украинцами, но им пока не достаёт решительности оформить это де-юре. Притом, что космическое обоснование есть – 21-22 декабря происходит зимнее солнцестояние, день начинает удлиняться и наступает реальный астрономический Новый год. Именно в этот день, а не 1 января. День зимнего солнцестояния, как начало Нового года, отмечали в Европе и Азии тысячелетиями. Есть гипотеза, что именно для его более точного вычисления возвели Стоунхендж и другие загадочные сооружения. Христианизация эту практику ошибочно и надолго запретила, но к ней логично и целесообразно вернуться, особенно в эпоху ухода от метафизического и религиозного сознания.

На практике это означает установление в Украине праздничной Новогодней недели с 22 по 26 декабря, чтобы христиане заодно отметили Рождество и пришли в себя после его празднования. Всё приводится в соответствие с космическими циклами и биоритмами, а также попутно снимается и текущая проблема с двумя Рождествами. Первое января будет тем, чем оно по факту есть – Днём бухгалтера, счастливо сдавшего финансовый отчёт. Эту идею Украина может предложить Евросоюзу и ООН. Есть высокая вероятностью, что в ЕС она будет поддержана. Украинской революции надо перестать стесняться и уже пора выдвигать свои предложения по обустройству Европы. В этом её явно поддержат страны Скандинавии, Прибалтики и Великобритания.

ИСТОЧНИК

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube