Топ-менеджер Energy Community рассказал о перспективах рынков газа и электроэнергии в Украине

 ЕС, Россия, Украина, партнер, интервью, глава Energy Community, Україна, Ukraine, news, Бегемот, бигимот, бигемот, бегимот, новини, новости

Янез Копач, глава секретариата Энергетического сообщества (Energy Community – международая организация, созданная между Европейским союзом и рядом третьих стран для расширения энергетического рынка ЕС) ответил на вопросы журналистов о проблемах Украины в энергетической сфере и первоочередных задачах, которые позволят нашему государству продолжить интеграцию с Евросоюзом.

— Как Вы оцениваете выполнение Украиной «дорожной карты» в энергетической сфере на пути к ассоциации с ЕС?

— Положения о вступлении Украины в европейское энергетическое сообщество – это уже дорожную карту. Согласно этому договору, Украина должна была транспонировать свое энергетическое законодательство в европейское энергетическое законодательство до 1 января 2015 года. Но этого не произошло.

Также дорожной картой можно считать выполнение украинских законов в этой сфере. Они тоже должны соответствовать положениям договора об энергетическом сообществе, но эти вопросы также были отложены, приняты с задержкой и не выполняются до сих пор.

К началу 2016 года должен был либерализирован рынок газа – тоже в соответствии с украинским законом о рынке природного газа. Но правительство Украины заблокировало выполнение данного закона, приняв постановление Кабмина по поводу публичных обязательств. Затем это постановление было пролонгировано, и таким образом либерализация рынка газа была отложена с конца октября 2018 года до мая 2020 года.

В соответствии с обязательствами Украины перед ЕС, к настоящему моменту должен был выполнен анбандлинг, или разделение «Нафтогаза» на отдельные структуры по функциональному признаку. Это два самых важных элемента из украинского закона о рынке природного газа. Но ни первое, ни второе положение не были выполнены. Поэтому мы не можем говорить ни о каком прогрессе в выполнении дорожной карты.

Что касается рынка электричества, то закон об электроэнергии был принят, им предусматривается либерализация и открытие рынка электроэнергии с 1 июля 2019 года. Но что касается выполнения подготовительных мероприятий – потому что данную либерализацию нельзя сделать за один день – это вызывает некоторое беспокойство. Но все же я надеюсь, что этот закон будет выполняться и рынок будет открыт с 1 июля следующего года.

— В чем заключались разногласия между Украиной и МВФ относительно тарифов на газ для населения?

— Я не знаю, какими именно были детали двусторонних переговоров между Украиной и МВФ, но МВФ настаивает на том, чтобы внедрять рыночные цены.

Украина могла бы создать свой рынок газа. Если бы она этого захотела, если бы была политическая воля, это можно было бы сделать. Чтобы газ, принадлежащий «Укргаздобыче», был предложен любому газотрейдеру, который хочет его купить. В таком случае была бы установлена рыночная цена. Это был бы прекрасный аргумент Украины перед МВФ о том, что рынок функционирует, и рыночная цена известна. Но украинское правительство не желает этот газ отпускать никому. Этот газ является регулируемым, поэтому возникают два совершенно разных режима. Есть газ импортный, цена которого зависит от того, что происходит в ЕС. И есть совершенно другой мир – газ внутренней добычи, цена на который формируется абсолютно другим образом.

Если бы украинский газовый рынок существовал – например, если бы какое-то существенное количество украинского газа «Укргаздобычи» продавалось, – это было бы очень хорошо для украинских домохозяйств.

— Ведутся ли сейчас переговоры между Энергетическим сообществом и украинским правительством относительно разделения «Нафтогаза»?

— Да, дискуссии такие ведутся, но мы просто не знаем, с кем их вести. Например, есть Министерство энергетики и угля Украины, которое отвечает за всю энергетику, за все энергоносители. Но в данном случае оно не занимается решением в сфере природного газа.

Сейчас мы больше вовлечены в переговоры с премьер-министром Гройсманом. Но ведь он премьер-министр, у него еще тысячи других вопросов, он не может уделять много времени вопросам газа. Так что можно сказать, что у нас нет противоположной стороны переговоров, собеседника, с кем бы можно было вести такие переговоры. И это проблема как для нас, так и для Украины.

— Если Украина не выполнит своих обязательств, какие проблемы могут ожидать ее и ее жителей?

Самая большая проблема в этой сфере, в создании рынка природного газа, в разделении «Нафтогаза» – в том, что Украина будет выглядеть как ненадежный партнер. Я думаю, что некоторые организации в России уже ждут не дождутся, чтобы были такие доказательства. И не только в России, но и в некоторых европейских странах.

И это очень опасно для бизнеса по долгосрочному транзиту газа. Конечно же, для потребителей Украины газ будет всегда, потому что есть газ внутренней добычи, газ можно импортировать из Европы. Но в данном случае эти решения будут уже дороже обходиться потребителю, чем если бы это было в случае внедрения рынка газа украинского.

Как следствие – геостратегическая роль Украины будет преуменьшена, если Украина себя покажет как ненадежная сторона.

И в этом как раз самая главная опасность всех этих игр вокруг того, кто же в конце концов получит самую большую прибыль от природного газа.

Что касается электричества – внедрение рынка электроэнергии в долгосрочной перспективе сделает цены на электроэнергию ниже, а поставки электроэнергии более надежными. Но в данном случае энергосистема Украины все еще синхронизирована с энергосистемой России. Однако при этом Украина хотела бы синхронизироваться с Евросоюзом. Чтобы этого добиться, надо выполнить имеющийся закон о рынке электроэнергии. Потому что в противном случае европейская ассоциации операторов систем электропередачи не примет просто Украину как партнера. Это самое главное условие.

Что касается либерализации рынка электроэнергии, это предусматривается текущим законом о рынке электроэнергии с 1 июля следующего года. И первый шаг – это анбандлинг, т. е. функциональное разделение «Укрэнерго».

— Как Вы относитесь к политике субсидирования? В чем разница в политике субсидирования населения в Украине и в ЕС?

Разница очень большая. Во-первых, в определении, кто именно социально уязвим. Только социально уязвимым потребителям можно давать субсидии. Конечно же, никто не скажет, сколько людей включать в эту категорию. Может, это будет 30%, а может, и 50% домохозяйств. Но проблема именно в том, что никто не определил эту категорию. И поскольку эта категория не определена, буквально все потребители включаются, даже очень богатые, получают дешевую электроэнергию и дешевый газ. В первую очередь это несправедливо. А во-вторых, экономически это очень большая потеря денег.

Так как Украина не так богата, как европейские страны, свои ресурсы она должна направить на поддержку самых уязвимых граждан, которым действительно нужна эта поддержка. В этом и состоит главное отличие.

Конечно же, есть и страны Евросоюза, которые пока не разделили это перекрестное субсидирование в пользу домохозяйств. К примеру, Румыния и Болгария. Но это не причина, почему бы Украине это не сделать. Так как от этого будет польза для всей украинской экономики.

ИСТОЧНИК СЕГОДНЯ

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube