Вспыхнувшие в конце января протесты в Венесуэле приковали к себе внимание всего мира, но больше всего за ситуацией следят в США и России. Заметно, что обе стороны пытаются повлиять на развитие событий в Венесуэле в свою пользу, и не исключено, что Каракас может стать очередным полем столкновения интересов двух стран, если уже не стал таковым.

Россия, Венесуэла, Гозман, протесты, Каракас, Мадуро, Украина, выборы, имперская риторика, begemot, begemotmedia

Об интересах России в Венесуэле, возможных военных столкновениях с США, выборах в Украине и новых «религиозных» угрозах российского президента Владимира Путина для украинцев – журналисты обсудили с российским оппозиционным политиком в рамках еженедельной рубрики «Другая Россия» с Леонидом Гозманом.

– В Венесуэле продолжаются масштабные протесты против президента Николаса Мадуро. Президент США Дональд Трамп уже заявил о возможности задействования американских вооруженных сил в Венесуэле. У Кремля в Каракасе есть свои интересы, Россия вложила туда огромные финансы. Какая вероятность того, что Москва пошлет в Венесуэлу «их там нет», и начнется противостояния с американскими военными силами?

– Я надеюсь, что самого страшного не случится. Венесуэла очень далеко от нас, и надо быть совершенно сумасшедшими, чтобы начинать военную операцию в 12-14 часов полета от России. Понятно, что эта операция практически невозможна.

По слухам, туда отправили несколько сотен наемников для охраны Николаса Мадуро, чтобы его же военные его не подставили. Не знаю, правда или нет, но утверждают, что да. Но в масштабную военную операцию РФ там я совершенно не верю.

Николас Мадуро пришел к своему естественному концу, как когда-то Советский Союз. Можно, конечно, тратить то, что осталось от предшественников, но в конце концов это заканчивается, и начинаются неприятности.

Россия, Венесуэла, Гозман, протесты, Каракас, Мадуро, Украина, выборы, имперская риторика, begemot, begemotmedia

Что касается заинтересованности России, то мне кажется, что это связано не только с деньгами, которые мы туда вложили. Мы во многие бессмысленные проекты вкладываем деньги, а потом прощаем долги. Думаю, что Венесуэла была одной из немногих стран, которая поддерживала изолированную Россию, а во-вторых, считаю, что наши руководители видят в событиях в Каракасе свое скорое и неизбежное будущее. Поэтому они так эмоционально реагируют.

При том, если это случится у нас, это будет гораздо жестче, чем в Венесуэле. Там есть абсолютно легитимный и признаваемый всеми парламент. Парламент является какой-то точкой консолидации протеста и своей легитимностью заставляет оставаться в правовом поле противников режима и других.

У нас, к сожалению, такой легитимной точки нет, поэтому у нас будет точно жестче.

– Вы говорите о неизбежном будущем РФ… Сейчас есть человек на примере Хуана Гуайдо в Венесуэле, которого могли бы избрать россияне?

– Такие люди всегда появляются в последний момент, накануне событий, это происходит очень быстро.

– В конце января прошел Всемирный экономический форум в Давосе, который Россия в этом году собиралась бойкотировать из-за отказа приглашать на него трех российских бизнесменов, в том числе и Олега Дерипаску. Впрочем, Москва все же передумала и отправила трех своих делегатов. Почему отменили бойкот, и как вы оцениваете участие российской делегации в Давосе?

– Очень положительно оцениваю. Дело в том, что есть пределы той бодрой демагогии, которая от нас периодически исходит, что мы выстоим, ничем не поступившись, и тому подобное. Но когда всерьез стал вопрос о защите нашей «алюминиевой империи», то Дерипаска сразу же согласился фактически отдать власть в «Русале». Там появились новые директора и санкции сняли.

Наше руководство повело себя предельно рационально, и это не плохо, это значит, что в опасных ситуациях наше руководство не обязательно будет хвататься за ракеты, а может договариваться. Кроме того, это значит, что у нас сохраняются рабочие места, и люди смогут зарабатывать на жизнь. Меня как гражданина России это очень радует.

То же самое и случилось с Давосом, в Кремле поняли, что дальше их решения приведут к коллапсу, и они отъехали назад.

– Украина закрывает избирательные участки по всей России, а Верховная Рада Украины запретила присутствовать российским наблюдателям на выборах президента в марте 2019 года. Вы считаете верным такие решения?

Россия, Венесуэла, Гозман, протесты, Каракас, Мадуро, Украина, выборы, имперская риторика, Україна, Ukraine, news, новини, новости, Бегемот, бигимот, бигемот, бегимот, Begemot, begemot.media

– Мне кажется, что закрывать избирательные участки для украинцев, которые находятся в России – это некая мелочность. Я понимаю, что украинские власти сомневаются в чистоте выборов на нашей территории. Но хотя бы там, где Украина сможет обеспечить гарантии контроля, например, в своем посольстве в Москве, там никто не сможет мешать и влиять на подсчет голосов.

Поэтому я не понимаю, зачем это было сделано, так же, как и с российскими наблюдателями. С одной стороны, понятно, потому что они могут стать источником вранья на ваших выборах, это очевидно, и в этом смысле их лучше не пускать. Но мне кажется, что имиджевые потери могут быть больше, чем от пропаганды наших наблюдателей на президентских выборах в Украине.

– Президент РФ Владимир Путин заявил, что Россия оставляет за собой право реагировать на события в Украине и делать все для защиты прав человека, в том числе и на свободу вероисповедания. Очень похоже на риторику пятилетней давности о «защите русских на Донбассе от фашистов». Украине стоит опасаться?

– На всякий случай опасаться стоит всегда, как говорится: надеясь на лучшее, нужно готовиться к худшему. С моей точки зрения, это ужасное заявление.

У любой страны Европы нет никакого права самой предпринимать какие-то меры по защите прав человека в любой другой стране за исключением того, что находится в ее суверенной юрисдикции: предоставлять убежище, оказывать поддержку в рамках закона той страны и так далее.

Других способов нет. И сейчас это выглядит как угроза, как ультиматум, тем более в контексте всего произошедшего между Россией и Украиной, и на территории Украины.

Кроме того, разговоры об ущемлении прав верующих в Украине, как минимум преувеличены. Я не исключаю того, что у вас в ближайшем будущем начнутся, а может уже начались, какие-то эксцессы. При чем с обеих сторон: и людей поддерживающих МП, и со стороны людей, принадлежащих к ПЦУ.

Но я смотрел, сколько приходов МП перешли за это время в новую церковь, их очень мало. Это говорит не столько о популярности или не популярности новой церкви, сколько о том, что ваши власти не форсируют этот переход. Понятно, что если бы они хотели, то с нарушением прав человека могли бы обеспечить переход не десятков, а тысячи приходов. Этого не происходит. Это значит, что ваши власти ведут себя очень осторожно, и это правильно.

– Почему Россия позволяет себе вмешиваться в дела Украины? Сколько еще будет продолжаться имперская риторика Кремля?

– Дело не в риторике, а в реальном поведении и самосознании. Наше руководство по факту не признало независимость Украины и Беларуси и с трудом признает независимость других постсоветских государств.

Вот эти риторика и действия отражают то, как наши власти видят ситуацию, а видят они ее именно так. Надеюсь, что следующее руководство это будет видеть по-другому.

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube