У меня есть красивая тетрадочка, в которой я пишу от руки чернильной ручкой заметки под общим названием «Записки русофоба». Это личные записки и потому в них много места уделяется собственной персоне, именно поэтому я долго не решался что-то из них выносить на суд общества, хотя много раз и давно обещал опубликовать записку о языке из этой тетрадочки.

русский, язык, единство, нация, православие

Вот, сегодня есть настроение перепечатать:

О языке.

Русский «великий и могучий» стал, наряду с православием, одним из системообразующих столпов русского мира. Русский язык — это то, что, наряду с географическим местом рождения и проживания формально связывает меня с этой страной. На этом основании мне говорят: Ты же русский, как ты можешь быть русофобом? С моей точки зрения, язык — не более чем техническое средство коммуникации. Он не несет в себе никакой дополнительной ментальной информации. В этом он сходен с территорией рождения. Ведь если человек родился в конюшне, это, по выражению герцога Веллингтона, еще совершенно не означает, что он — лошадь. Точно также и язык.

Внук ссыльного польского повстанца или потомок не выбравшегося из России пленного немца, сохраняющий любовь к Отчизне и черты польского или германского менталитета, то, что поляки называют «польскость», даже не владеющий в достаточной мере польским или немецким языком, ничуть не в меньшей степени является поляком или немцем, чем полукровка, уехавший в Польшу по карте поляка или доказавший через купленные документы свое немецкое происхождение «переселенец», которого с Faterland`ом связывает лишь то, что его бабушка держала на дворе немецкую овчарку!

Именно такие переселенцы, репатриировавшись внезапно волею судьбы и попустительством исторической родины, вдруг ощущают себя русскими, православными, навеки связанными с русским миром. Известны примеры людей, обладавших абсолютно западным менталитетом, для которых русский язык оставался базовым — это Набоков и Бродский. Язык не составляет никакого общественного единства. Что у меня общего с мастером Нижнетагильского Уралвагонремонтзавода или жителем Донбасса?

Каждый из нас может спросить другого, как пройти на улицу Артёма или выйти из метро к Красной площади — не более. Мысль о том, что язык не формирует ментального единства очень хорошо иллюстрируется тем, что образованные носители английского с идеальным оксфордским произношением пополняют ряды вооруженных сил Исламского государства или организуют в стране своего языка террористические акты, с наслаждением убивая своих «соотечественников». У меня никогда не будет такого блистательного оксфордского произношения, но берусь утверждать , что по своему характеру, менталитету, повадкам, манере и образу жизни я гораздо в большей степени являюсь англичанином (германцем), чем они. А в качестве носителя и пользователя «великого и могучего» я с удовольствием и безо всяких интеллигентских колебаний при каких-то обстоятельствах мог бы пустить пулю в лоб любому представителю ополчения «ДНР/ЛНР», воюющему на Донбассе, будь он русский или русскоговорящий украинец.

Отрыв от русского языка лишает патриотизма и духовных корней? Тоже совершенно неверно. Русское дворянство в XIX в. на 99% было носителем французского языка. Сумасшедший патриот Ф. Растопчин , спаливший в 1812 г. Москву и собственный загородный дворец по-французски изъяснялся гораздо свободнее , чем на родном языке. Во всяком случае его написанные по-русски афишки читать невозможно. Совершенное владение французским и немецким языками ни на йоту ни в чем не сделало его и подобных ему менее русскими со всеми присущими этой нации отвратительными чертами.

Об общности языка тоже можно говорить весьма условно. В последнее время все чаще вынужден переспрашивать, когда ко мне обращаются незнакомые люди, чуждой мне, так сказать, социальной среды. И не потому что я стал хуже слышать. У них какой-то иной интонационный строй, иная мелодика речи. Это не региональный говор и не акцент, это какая-то особая, как мне кажется, невнятная манера говорить. О том, что одни и те же слова, например, принятое в последнее время слово «присаживаться» для них и для меня имеет совершенно разный смысл и говорить нечего. Мне их трудно понимать, а моя манера изъясняться их раздражает.

Так что язык не формирует ни духовно-ментального, ни в общем даже культурного и информационного единства. И последнее: Принято восхищаться богатством и многообразием русского языка. С моей точки зрения тезис весьма спорный. Английский давно и успешно справляется с ролью языка как общественных, так и естественных наук. На мой вкус, классическая французская, в том числе мемуарная литература остается одной из культурных вершин человечества. Попробуйте по-русски написать любовное письмо. У вас получится либо пошлость, либо письмо к другу. Бедность средств выражения любовных чувств в «великом и могучем» поражает и угнетает. О русской литературе, в первую очередь классической, разговор отдельный.

И завершить опус хочется цитатой: Не раса и не язык разделяют нации. Когда люди связаны общностью идей, интересов, привязанностей, воспоминаний и чаяний, они сердцем чувствуют, что составляют единый народ. Фюстель де Куланж.

ИСТОЧНИК

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и telegram в Youtube